***
Идешь, на меня похожий, 
Глаза устремляя вниз. 
Я их опускала – тоже! 
Прохожий, остановись!
Прочти – слепоты куриной 
И маков набрав букет, 
Что звали меня Мариной 
И сколько мне было лет.
Не думай, что здесь – могила, 
Что я появлюсь, грозя... 
Я слишком сама любила 
Смеяться, когда нельзя!
И кровь приливала к коже, 
И кудри мои вились... 
Я тоже была, прохожий! 
Прохожий, остановись!
Сорви себе стебель дикий 
И ягоду ему вслед, – 
Кладбищенской земляники 
Крупнее и слаще нет.
Но только не стой угрюмо, 
Главу опустив на грудь. 
Легко обо мне подумай, 
Легко обо мне забудь.
Как луч тебя освещает! 
К весь в золотой пыли... 
– И пусть тебя не смущает 
Мой голос из-под земли.

3 мая 1913 года


***

Мне нравится, что вы больны не мной, 
Мне нравится, что я больна не вами, 
Что никогда тяжелый шар земной 
Не уплывет под нашими ногами. 
Мне нравится, что можно быть смешной – 
Распущенной – и не играть словами, 
И не краснеть удушливой волной, 
Слегка соприкоснувшись рукавами.
Мне нравится еще, что вы при мне 
Спокойно обнимаете другую, 
Не прочите мне в адовом огне 
Гореть за то, что я не вас целую. 
Что имя нежное мое, мой нежный, не 
Упоминаете ни днем, ни ночью – всуе... 
Что никогда в церковной тишине 
Не пропоют над нами: аллилуйя!
Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня – не зная сами! – 
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце не у нас над головами,–
За то, что вы больны – увы! – не мной,
За то, что я больна – увы! – не вами!

3 мая 1915 года


Стихи к Блоку
1
Имя твое – птица в руке, 
Имя твое – льдинка на языке. 
Одно-единственное движенье губ. 
Имя твое – пять букв. 
Мячик, пойманный на лету, 
Серебряный бубенец во рту.
Камень, кинутый в тихий пруд, 
Всхлипнет так, как тебя зовут. 
В легком щелканье ночных копыт 
Громкое имя твое гремит. 
И назовет его нам в висок 
Звонко щелкающий курок.
Имя твое, – ах, нельзя!– 
Имя твое – поцелуй в глаза, 
В нежную стужу недвижных век, 
Имя твое – поцелуй в снег. 
Ключевой, ледяной, голубой глоток. 
С именем твоим – сон глубок.

15 апреля 1916 года


5
У меня в Москве – купола горят, 
У меня в Москве – колокола звонят, 
И гробницы, в ряд, у меня стоят,– 
В них царицы спят и цари.
И не знаешь ты, что зарей в Кремле 
Легче дышится – чем на всей земле! 
И не знаешь ты, что зарей в Кремле 
Я молюсь тебе – до зари.
И проходишь ты над своей Невой 
О ту пору, как над рекой-Москвой 
Я стою с опущенной головой, 
И слипаются фонари.
Всей бессонницей я тебя люблю, 
Всей бессонницей я тебе внемлю – 
О ту пору, как по всему Кремлю 
Просыпаются звонари.
Но моя река – да с твоей рекой, 
Но моя рука – да с твоей рукой 
Не сойдутся, Радость моя, доколь 
Не догонит заря – зари.

7 мая 1916 года
Стол
5
Мой письменный верный стол! 
Спасибо за то, что, ствол 
Отдав мне, чтоб стать – столом. 
Остался – живым стволом!
С листвы молодой игрой 
Над бровью, с живой корой, 
С слезами живой смолы, 
С корнями до дна земли!

17 июля 1933 года


***

Вскрыла жилы: неостановимо, 
Невосстановимо хлещет жизнь. 
Подставляйте миски и тарелки! 
Всякая тарелка будет – мелкой, 
Миска – плоской.
Через край – и мимо 
В землю черную, питать тростник. 
Невозвратно, неостановимо, 
Невосстановимо хлещет стих.

6 января 1934 года